Сергей Бодров
Это обратная сторона дискриминации,
черный расизм. Американцы стесняются
об этом говорить. Понимаешь, есть натиск мо-
лодых, энергичных, наполненных витальной
силой людей латинского, африканского, му-
сульманского происхождения. А условности и
замалчивание проблем делают его только
сильнее.
Хорошо рассуждать об этом вообще. Но мы,
обычные люди, живем в конкретном году, в
конкретной стране. Сейчас, например, если об
этом немножко подумать, в стране идет война.
И философствовать на эти темы - не время.
Пора обратиться к очень простым понятиям,
простым ощущениям. Мы - русские. В мире,
где очень мало что нас объединяет, один из не-
многих способов самоидентификации - это
ощущение близости и родства одного человека
другому. Я русский - и он русский. И вроде как
нам надо держаться друг за друга, потому что
завтра мы можем друг друга и не узнать. Это
стремление человека к самосохранению. Мно-
го про это думаю в последнее время, не боюсь
об этом говорить и не боюсь, что меня непра-
вильно поймут. Что это немодно, пафосно. Мне
кажется, что это важно.
АМ: Патриотизм, наверное, бывает разный. Ин-
дивидуальный и коллективный. Допустим, для
меня патриотизм - это когда я приезжаю в свой
любимый город - Кострому или Ярославль - и
чувствую, что эти люди мне родные. А что значит
патриотизм государственный? Что я должен че-
рез шесть лет послать своего старшего сына на
войну, если она не кончится? Это уже как-то не
круто. Что ты думаешь по этому поводу, Сергей?
• • •
Проблема "ты" решилась незаметно. И я, меж-
ду прочим, это "ты" заработал.
• • •
СБ:
С
Данилой все понятно. Он не задается эти-
ми вопросами, он все делает сам. Мы не можем
себе этого позволить по разным причинам. У
тебя сын. У другого - представление о том, что
он не может выстрелить в человека. И мы не
можем от него требовать: это же враг, стреляй!
Это все равно что требовать: "Пошли своего
сына на войну". Но есть люди, которых толка-
ет на это приказ, долг, закон. Ну вот, хорошо,
поймали Салмана Радуева. Понятное дело: рас-
стрелять, расстрелять, расстрелять! А если это
не Салман Радуев? Война, пленного захватили.
Иди, расстреляй. Надо. Пойдешь? Нет, я не пой-
ду. Я не могу. А если этого требуют от челове-
ка, который должен это сделать, и он это сдела-
ет, конечно, он возьмет на себя грех. Но он сам
будет перед Богом отвечать за свой грех. Вот
это, наверное, и есть государство. Жертвовать
чем-то для своей страны, для родины.
АМ: Примерял ли ты на себя похожую ситуацию?
СБ:
Конечно, я не могу поступать, как Данила
Багров. Что-то мешает. А он это делает. И кто-
то другой, на той же войне, это делает. Значит,
мы должны хотя бы душой быть с ними, пони-
мать, что они где-то там что-то делают за нас.
Говоря о патриотизме, я имею в виду именно
это - ощущение единства с людьми, с которы-
ми живешь в одной стране. Странное дело: во
время войны есть цензура, и никто не сомнева-
ется в ее необходимости. Раньше я никогда так
не думал и никогда так не говорил. Но сейчас
мне кажется, что иногда надо уметь себя под-
чинить чему-то очень простому.
АМ: Твой патриотизм имеет политическую окра-
ску? В фильме "Стрингер" .
..
СБ:
Ну, "
С т р и н гер "
- это вообще золотой фонд
советского кино. Про него нечего говорить. У
меня политических пристрастий нет никаких,
хотя интересно наблюдать за тем, что происхо-
дит.
АМ: В "Брате" есть развитие героя. Мы не сразу,
а постепенно узнаем в нем того, кого хотим ви-
деть. А в "Стрингере" твое обаяние просто экс-
плуатируют. Ты не боишься, что будут эксплуати-
ровать и дальше?
СБ:
А я не дамся. Очень много разрушительных
вещей для личности. Много соблазнов, глупо-
стей.
АМ: Твоему герою дан дар - находить общий
язык с представителями любых социальных сло-
ев. А у тебя есть эта способность?
СБ:
Это одно из очень ценных качеств - умение
любить и интересоваться людьми. Мне всегда
были интересны люди - в такси, в трамвае. Я
люблю слушать их рассказы. Все наши столич-
ные штучки, все наши придумки о самих себе -
это все глупо и яйца выеденного не стоит. Че-
ловек говорит тебе: Ты
даже не поним аеш ь,
чт о эт о д ля м ен я з н а ч и т " .
И вдруг выходит,
что ты невольно сделал что-то очень важное.
Все другие смыслы пропадают, кроме этого.
Это дорогого стоит, когда человек вернулся из
Чечни. И благодарит тебя, и произносит слова,
которых ты даже и смысла-то не понимаешь.
• • •
Я спохватываюсь: о чем мы говорим? Где
непринужденные вопросы о личной жиз-
ни и любимом алкогольном напитке? Где
лайковый кожаный плащ, наконец? Пора
наверстывать упущенное.
• • •
АМ: Твоим первым режиссером стал твой отец.
Режису Варнье, постановщику фильма "Восток -
Запад", тоже больше пятидесяти. Возникают ли у
тебя проблемы при общении с людьми старшего
поколения? Понимаешь ли ты тех, кто моложе
тебя?
СБ:
Еще в десятом классе школы я заметил, что
люди старше меня на год - другие, другого
времени. На год младше - совсем другой мир,
который непонятен и непознаваем. Было ощу-
щение, что мое поколение выросло в особой
ситуации. Хотя каждое поколение так про себя
считает. Со старшими мне, конечно, легче, чем
с младшими. С младшими робеешь больше. А
уж дети, с которыми мне очень интересно об-
щаться, кажутся мне новой расой. Какие-то
инопланетяне, которые очень нас удивят. Если,
конечно, не станут такими же, как мы.
АМ: В нескольких западных рецензиях на филь-
мы с твоим участием я встретил слово baby-
faced. С лицом ребенка. В фильме "Восток - За-
пад" ты играешь человека, лет на десять моложе
тебя. Да и вообще в твоих фильмах - открытые
финалы, а у героев - вся жизнь впереди. Хоте-
лось бы узнать о твоем ощущении возраста - те-
бе ведь в следующем году исполнится тридцать
лет.
СБ:
С
каждым днем меня это все больше и боль-
ше тревожит. Время - одна из тех вещей, на ко-
торые мы не в состоянии повлиять. Единствен-
ное, что мы можем сделать, - это наполнить на-
ши дни, сделать их длиннее, шире. И средство
одно - любовь и внимание к окружающим. Как
у ребенка. У него день очень длинный: он най-
дет листик, рассматривает его полчаса, и це-
лый мир разворачивается у него перед глаза-
ми. А можно не листик рассматривать, а людей.
Делать как можно больше, писать, снимать. На-
полнять жизнь.
АМ: Почему ты ушел с телевидения?
СБ:
Никаких видимых причин для ухода из
"Взгляда" не было: никаких скандалов, ника-
ких предложений перейти в другую компанию.
Просто соскочил с этого - и все.
АМ: А с каким чувством? Сделанного дела или ра-
зочарования?
СБ:
С ощущением хорошей школы, которую я
прошел. Я познакомился со столькими людьми,
услышал столько историй, прочел столько пи-
сем - на другой работе это просто невозмож-
но. В этом был очень правильный заряд. Помо-
ги двум-трем людям - и передача уже сущест-
вует не зря. Но этим тоже надо заниматься от-
ветственно. Например, читаешь письмо. И по-
нимаешь, что по идее сейчас ты должен все
бросить и заниматься только этим.
АМ: Пресса любит вспоминать о твоей диссерта-
ции по истории искусств - об архитектуре в жи-
вописи итальянского Ренессанса. А ты сам ощу-
щал контраст между актерством, телевидением и
научной работой? Как тебе удается переходить
из одного мира в другой?
СБ:
Нет никакого ощущения контраста. Мое от-
ношение к Тициану ничем не отличается от от-
ношения к герою, которого я играю. Надо про-
сто широко открыть двери, разбежаться и ныр-
нуть. Если издалека разглядывать, ничего для
себя не найдешь. Надо верить, что пройдешь
сквозь стену. И проходить. Потому что если за-
думаться о препятствии, расшибешь себе лоб.
АМ: Ты суеверный человек?
СБ:
Да. Конечно, суеверие - грех, но есть ка-
кая-то кармическая ответственность. Это тыся-
чи раз было проверено.
АМ: Понятие стиля значимо для тебя?
СБ:
Мне кажется, сейчас такой момент, когда
немодно следовать моде.
АМ: У тебя есть машина?
СБ:
БааЬ 900.
АМ: Нравится?
СБ:
Люблю водить машину. Она у меня появи-
лась не в студенческие годы, как у многих, а
уже позже. Люблю.
АМ: Что тебе больше нравится - скорость или
мощь?
СБ:
Контроль над сильным аппаратом. Нравит-
ся управлять.
АМ: Нравятся дорогие вещи?
СБ:
Мне нравятся хорошие вещи, но всегда воз-
никает такое ощущение, что тебя кто-то нака-
лывает. Почему мы должны платить за маечку
триста долларов, если на ней какие-то особые
131
МАЙ 2000
ОМ
предыдущая страница 121 ОМ 2000 05 читать онлайн следующая страница 123 ОМ 2000 05 читать онлайн Домой Выключить/включить текст