ственного настоящего героя российского кино. Данила Багров герой не
только потому, что отслужил в Чечне и научился убивать нехороших людей
с почти буддийским спокойствием. Еще он умеет с подкупающей простотой
общаться с кем угодно - с обрусевшими немцами, вагоновожатыми, банди-
тами и девочками из ночного клуба. А еще все эти "кто угодно" благодарны
ему за это. Им - нам - кажется, что он такой же, как мы, только лучше. Что
это он нас объединяет. Сугубо положительный киллер с детским лицом. Фи-
лософ-одиночка. Национальный герой.
...Редактор цитирует наугад предыдущий номер журнала:
"Он входит. Лай-
ковый плащ до пят небрежно брошен на спинку стула. Под плащом - иссе-
ченная молниями косуха Versace, широчайшие кожаные клеши". ".Нам нуж-
но не просто интервью. Побольше фактуры. Короче, вы поняли.
" Я киваю
(а что мне еще остается?) - я понял.
..
Появляется Бодров. На нем - черные джинсы, черная рубашка и серая жи-
летка. Лайкового плаща поблизости не видно. Я испытываю к нему чувство
безотчетной благодарности.
"Я вам сразу скажу: я не большой специалист
по стилю жизни, или как это у вас там называется",
-
говорит он сходу.
Чувство благодарности растет. Ну, и Бог с ним. Чего уж там. Будем разгова-
ривать просто про жизнь, а стиль, даст Бог, появится сам собой.
Алексей Медведев: Я как раз читаю сценарий
"Брат а-2".
Вы не боитесь, что вас
обвинят в повторении пройденного?
Сергей Бодров:
Снимать кино с порядковым номером "два" всегда опасно, все-
гда тяжело. Балабанов защищался тем, что мы делаем попсовое, коммерческое
кино. Я думаю, он лукавит. Это бравада. С
режиссером вообще бессмысленно го-
ворить о его картине. Потому что он уже все сказал своим фильмом, и ему оста-
ется только с трепетом защищать свое дитя. И проще всего сказать: да ну, что
вы, это для меня так, ерунда. Это самозащита. Чтобы больно не укололи.
Я зацепился
за сбоя —
как
в трамвае
за поручень
АМ: А вам не приходится прибегать к самозащите?
СБ:
Я отвечаю за моего героя и не отказываюсь ни от одного его слова, ни от
одного поступка, хотя все это режиссер придумал. Может быть, я вообще
слишком много значения придаю работе. Я всегда и везде говорю: я не ар-
тист, я не артист, я не артист. А мне:
"Не-е-еет, вы артист!" А
я: артист -
это совсем другое. Это другие люди, другая конституция. А для меня Данила
Багров - это не просто роль. Может быть, я больше не буду сниматься в ки-
но, к чему я отношусь абсолютно спокойно. Поэтому роль для меня - это не
профессия. Это поступок, который совершаешь.
АМ: А разве называть себя неактером - это не способ самозащиты? Раз актерско-
му мастерству не учились, так и спрос с вас маленький?
СБ:
Ну, да, да.
..
• • •
Бодров придает слишком много значения не только работе. В разговоре он подол-
гу зависает в паузах, подбирает слова, честно задумывается над вопросами, хму-
ро смотрит в сторону и молчит. Во всем - какая-то чуть ли не болезненная добро-
совестность. Мне это нравится. Значит то, чем мы занимаемся, это тоже работа.
• • •
АМ: Раз режиссер говорит, что кино коммерческое, значит, и деньги надо платить
соответствующие. Без вас
"Брат -2"
был бы невозможен. Сигурни Уивер в анало-
гичной ситуации за четвертую серию
"Чужого"
вытребовала себе 20 млн. долларов? А вы?
СБ:
Это не тот случай, когда тебе предлагают
сценарий и спрашивают, будете ли вы у нас
сниматься. Тут все по-другому. Все друзья, и
фильм - это общее дело. И потом это ведь не
большое американское кино. Это кино, снятое
конквистадорами, которые высадились на бе-
рега Северной Америки, сели в два автобуса,
загрузили свои железки и поехали по незна-
комым дорогам - искать людей, места, сни-
мать кино. Сойдя с трапа самолета, мы оказа-
лись в состоянии - не войны, конечно, но ис-
пытания. Говорить о деньгах в этой ситуации
считалось дурным тоном.
АМ: С друзьями работать легче или труднее?
СБ:
Всегда есть определенная опасность. Ча-
сто работа мешает дружбе или дружба - ра-
боте. В нашем случае вроде бы удалось это-
го избежать, хотя к концу.
.. Казалось, еще
дня четыре, и мы с Лешей Балабановым про-
сто страшно разругаемся. Потому что - на-
капливается.
АМ: Что накапливается? Творческие разногла-
сия, личные проблемы?
СБ:
Творческих разногласий не было. Надо
доверять режиссеру, потому что это единст-
венный человек, который видит картину в це-
лом. Я доверяю Леше. У режиссера вообще та-
кая профессия. Он должен уметь душить. Та-
кое скверное, но необходимое качество. Ре-
жиссер - как капитан на подводной лодке. Ты
всегда должен понимать, что можешь поспо-
рить с капитаном, но уже на берегу. Это усло-
вия игры, порядок такой.
АМ: А вы хотели бы попробовать себя в роли
душителя на подводной лодке?
СБ:
Да. Вообще-то мне не близок такой спо-
соб общения с людьми, но чтобы стать ре-
жиссером, это душительство необходимо.
Когда ты чего-то очень хочешь, и в это ве-
ришь, и знаешь, что у тебя это получится, то-
гда - можно. Хотя на самом деле душат тем
безжалостней, чем меньше уверенность в се-
бе. Когда орут просто так - только потому,
что в кино так принято, то это выглядит от-
вратительно. Как и любое другое проявле-
ние хамства. Хамство - это, пожалуй, един-
ственное, что приводит меня в бешенство.
АМ: Как вы сегодня относитесь к своему герою?
СБ:
Сейчас я говорю, что Данила Багров - это
мой брат. Странное дело - года два-три назад
я боялся сделать что-то лишнее. Сейчас я на-
чал думать, что опаснее чего-то не сделать.
Не сказать чего-то важного. Меня все время
спрашивали:
"А как же твой герой - гнидой
черножопой обзывается, людей убивает?"
И
если раньше я не всегда знал, что ответить,
то сейчас я по-другому к этому отношусь. Я
понимаю, что фильм
"Брат
", как ни странно,
на кого-то повлиял. Кто-то по-другому стал
относиться к слову "родина", к таким вещам,
про которые раньше не очень принято было
ОМ
МАЙ 2000
71
предыдущая страница 64 ОМ 2000 05 читать онлайн следующая страница 66 ОМ 2000 05 читать онлайн Домой Выключить/включить текст