И Г :
Я думал об этом. Я никого не нашел. А
ты согласен со мной?
АК: Ну, наверное, да. Мне кажется, чувство-
вать надо как-то особенно. Одно дело при-
думать то, что будет понятно только своим.
Другое дело, чтобы, оставаясь самим собой,
суметь стать понятным и понравиться абсо-
лютно всем. Как раз вчера я думал, в оче-
редной раз глядя этот известный клип Fat
Boy Slim, где Спайк Джонз танцует вместе с
какой-то там труппой перед универмагом:
такое ведь не придумаешь никаким "моз-
говым штурмом". Этот парень, он ведь из
сливок нью-йоркской богемы, но умеет де-
лать что-то настолько простое и при этом
абсолютно оригинальное, что всем нравит-
ся. Вот это, что называется, народность.
И Г :
Слово не очень хорошее, но оно пра-
вильное. В "Американской красоте" есть
сцена, когда герой показывает своей девуш-
ке фильм, и там пластиковый пакет летает на
фоне стены. И он говорит, что это лучшее,
что он снял в своей жизни. Пробило. Если ты
удивился, это совершенно не важно, почему.
Если ты удивился данному летающему паке-
ту - хорошо. Важно дыхание. Дышишь слабо
- не дойдет. Дышишь во всю грудь - дойдет.
Вот это "ах", это удивление, "вау!" - вот оно.
Если ты это передаешь, то найдется какое-то
количество людей, которые тебя поймут. Ес-
ли ты не удивляешься, то что хочешь делай,
- тужься, дуйся, - история не пройдет. Ды-
хание удивления. Иногда это называют
энергией. Я понял, что вообще задача любо-
го аудиовизуального искусства, в том числе
и журналов, - передать момент личного уди-
вления.
АК: Мне кажется, ОМ изначально тоже де-
лался на этом чувстве.
..
И Г :
Конечно. ОМ был сделан на противоре-
чии. То, чем нас пичкал официоз - пресса,
телевидение.
.. все это не устраивало. Поэто-
му мы на их день выбрали свою ночь. На их
музыку - мы написали в первом номере:
"Трип-хоп - это музыка для вас". На их мета-
физический опыт с бутылкой водки мы вы-
брали кокаин и экстази, метафизический
опыт под этими делами, на их турецкий
"версаче" - своего Биккембергса. Все на
протесте. И это я считал своей миссией.
АК: Когда ты ушел из журнала и решил де-
лать что-то уже на другом поле.
.. это тоже
связано с этим чувством удивления?
И Г :
Я журналам отдал десять лет своей жиз-
ни. Я читал где-то, что человек с кем-то мо-
жет полноценно жить полгода. Потом насту-
пает усталость. Человек с одним местом ра-
боты может жить полноценно три года. А че-
ловек в одном бизнесе должен находиться
десять лет. Так и вся моя жизнь. С
кем бы я
ни жил, через полгода скукоживается. И я
ходил, как отпущенная коза. Бе-бе, потерян-
ный совершенно. ОМ я выдерживал три года.
АК: И когда же ты посчитал, что миссия вы-
полнена?
И Г :
Звоночек для меня прозвенел, что пора
уходить, когда национальная премия "Ова-
ция" вручила ОМу "Лучший журнал года". Я
понимал, что восемьдесят процентов этих
людей в папахах в руках не держали ОМ. Но
ОМ был данность, о нем говорили. Навер-
ное, кто-то им сказал: про них все говорят,
надо этим ребятам дать.
.. Второй звонок -
окончательный - был, когда Пугачева ска-
зала, что у нее на тумбочке лежат все номе-
ра ОМа. Был восстановлен некий баланс
культуры. В общем-то не ставилась задача
- засадить повсюду "Мумий Тролля". Но до-
казать всем - я имею в виду не истеблиш-
мент, я имею в виду "старших" - сестер и
братьев, мам и пап, дедушек, бабушек, кото-
рых мы уважаем и которые любят Шуль-
женко, что и сейчас - есть такое же. С таким
же дыханием, очень хорошее. И вот эти два
звонка дали мне понять, что свое дело я
сделал. Сейчас, когда позиции завоеваны,
когда "Танцующая в темноте" идет в семи
кинотеатрах сразу, когда "Мумий Тролль"
собирает многотысячные аншлаги наравне
с Филиппом Киркоровым, когда бутиков с
Анн Демельмейстер столько же, если не
больше, чем с Версаче, когда Земифира по-
ет: ".
..в тумбочке ОМ.
..". Когда место заво-
евано, мне кажется, что нужно заниматься
чем-то другим.
АК: Да и время сейчас уже немного другое.
Девяностые кончились.
И Г :
Время сейчас совсем другое. Я всегда
говорил, что мы живем в стране
вт орсы рья,
и именно в нашей стране возможны такие
феномены, как герои 90-х. Я недавно пере-
смотрел тот номер ОМа, где были "50 людей
девяностых" - все дутые-передутые. Вклю-
чая меня, все абсолютно. Только в этой
стране мы могли возникнуть. Когда ничего
не нужно придумывать. Когда ты просто
передаешь
готовый
материал.
Таланта
большого не надо. Я тебе говорю, только в
начале 90-х мы могли взойти - я и все ос-
тальные герои 90-х.
АК: Я помню, как на какой-то большой свет-
ской вечеринке у тебя брали интервью и ты
сказал в камеру, оглядывая зал, что все, кто
здесь находится, должны умереть. "Здесь
все - мертвецы". Ведь не умирают же.
И Г :
Вот я и удивляюсь. Я тогда говорил: вы-
живут те, кто сумеет стать оборотнем. То
есть вывернуться наизнанку, предстать в
новом, неожиданном качестве. У меня было
предощущение, что все должно поменяться.
Высоко летающие должны опуститься на
землю, незаслуженно опущенные должны
подняться. Что-то все время висело в воз-
духе. Мы не могли видеть рожи друг друга.
Мы друг другу осточертели. Невозможно
было ходить с одной презентации на дру-
гую тусовку. Тоска во всех была. Улыбки
неестественные. Было ощущение, что все
это должно взорваться. Я с этим ощущени-
ем и уходил из журнала. И когда уезжал в
Прагу, я думал, что да, возможно, я должен
сюда вернуться, когда я увижу новые лица.
Новых героев. Я приехал - та же самая си-
туация. Хотя то время с этим време-
нем сравнить никак нельзя.
©
ОМ
НОЯБРЬ 2000
113
предыдущая страница 106 ОМ 2000 11 читать онлайн следующая страница 108 ОМ 2000 11 читать онлайн Домой Выключить/включить текст