Б е Х
^
Черт. Я, в общем, по-прежнему не хотел
обсуждать эту всегда скользкую тему, но
прекрасно понимал, что этот вопрос возникает
почти всегда и почти во всех более-менее дол-
гих отношениях. Даже можно сказать, что если
он возник, это уже знак того, что отношения
прочные, долгие и доверительны. Я подумал, что,
в конце концов, мы уже достаточно взрослые ин-
дивидуумы. Что надо говорить правду, потому
что правда сделает эти отношения еще прочнее.
Ну, ладно.
- Я не то чтобы считал.
.. - покривил все же
слегка душой я. - Ну, где-то сорок.
.. Плюс-ми-
нус пять.
В тот самый момент, когда слова сорвались с
языка, я понял, что сказал это зря. В воздухе
повисла короткая, но напряженная пауза, и
вдруг стал слышен голос Диброва, задающего
свой очередной сногсшибательный вопрос
очередному сногсшибательному гостю. Полина
смотрела прямо на меня.
- Плюс-минус пять? - как-то слишком бодро
спросила она. - Это как?
Решив, что общее число ее, кажется, не задело,
я решил продолжить откровения.
- Ну, плюс-минус потому, что я не всех помню.
- А давай посчитаем, - как бы в шутку сказала
Полина. - Ты своих напишешь, я - своих. Про-
сто для смеха.
Честно говоря, не знаю, зачем я поддался и
продолжил эту игру. Где-то внутри, как и пода-
вляющее большинство мужчин, я считал само
собой разумеющимся, что у мужчин количество
партнеров на порядок больше, чем у женщин.
Так написано во всех этих самых опросах, это
вполне естественно, считал я, и она, как и я,
должна это понимать. Я тогда не подумал о
том, что бы почувствовал я сам, если бы она
сказала мне: сорок. Наверное, не в теории, а в
конкретной ситуации мне вряд ли было бы
приятно это услышать.
Я написал это самое сорок одно имя. Точнее,
несколько пунктов я просто обозначил каким-
то именем, не будучи вполне уверенным в том,
что я его помню. У нее было двенадцать. Впол-
не среднее, нормальное число двенадцать. И я,
и она в общем укладывались в статистику.
Только абстрактное число двадцать девять, обо-
значающее разницу, вдруг как будто стало мате-
риальным. Мы лежали в кровати, голые, и где-то
тут присутствовали еще двадцать девять тел.
Мы, конечно, продолжили игру как ни в чем не
бывало. Она рассказала мне о нескольких сво-
их парнях - описание мне не понравилось, я
старался не выдать легкие уколы бессмыслен-
ной ревности. Я рассказывал ей о своих де-
вушках, стараясь по возможности нивелиро-
вать достоинства и акцентировать недостатки.
Например, милая, веселая, немного пышнова-
тая Света из времен третьего курса универси-
тета, которая потом перевелась на социологи-
ческий факультет, превратилась в низкорослую
толстушку, провалившую зачетную сессию. В
общем, полтора часа чистого смеха.
Мы с Полиной встречались еще два месяца. Я
не буду рассказывать, как мы расставались:
постепенно, без особых ссор, просто наша
связь стала охладевать, мы реже встречались,
реже проводили ночи вместе, и тому было мно-
го совершенно объективных причин. Но сейчас
мне кажется, что зерно отчуждения было заро-
нено именно тогда, когда между нами лежало
двадцать девять чужих тел.
Как-то, уже ближе к концу наших отношений, я
сам вернулся к этой теме и спросил Полину,
действительно ли ее это задело. И что именно
ее задело. Но откровенного разговора уже не
получилось. Она сказала, что да, задело, конеч-
но. Она, внешне легкая в отношении к жизни,
ироничная, в глубине души была ревнива. Она
сказала, что сразу почувствовала себя занесен-
ной в какой-то список и она чувствовала, что,
может быть, она в этом списке далеко не луч-
шая. Она спала со мной и думала, что я сравни-
ваю ее с кем-то из этих сорока одной плюс-ми-
нус пять. Вернее, она сама сравнивала себя с
кем-то из этих сорока, которых никогда не зна-
ла. И особенно ее задело это мое "плюс-ми-
нус". Она сказала: "Что, пройдет два года, и я
могу стать "плюс-минус шестой"?!"
Наверное, именно тогда я отчетливо понял, что
все эти благонамеренные наставления: "всегда
говорите правду своему партнеру.
.. постарай-
тесь открыться и довериться ем у.
.." - лучше
всего подходят для безвоздушного пространст-
ва, населенного ангелами. Что бывает так: ко-
гда ты говоришь правду, настоящую правду,
партнер вовсе не обязательно должен понять и
принять ее. Что на свете, похоже, масса наро-
да, который вовсе не хочет знать никакую
правду, если она способна как-то бросить тень
на отношения. Что иногда (и, по всей видимо-
сти, особенно в вопросах секса) лучше гово-
рить неправду во благо, чем правду, которую
кто-то может не принять.
Но еще я понял вот что. Если я встречу новую
девушку, при виде которой сердце будет бить-
ся быстрее, и если однажды она спросит меня,
сколько женщин у меня было, а я не смогу ук-
лониться от ответа, я все равно не стану врать.
Нужно только попробовать объяснить ей, что
сейчас в счет идет только она. И что сорок два
делить на двадцать шесть минус семнадцать
будет всего 4, 66666. Плюс или минус пять.
О
ШВЕЙЦАРСКАЯ УЛЫБКА:
БЕЛЕЕ
А Л Ь П И Й С К О Г
С Н Е Г А
с и с т е м а д и с к о т н ы х к а р т
п о л н ы й к о м п л е к с у с л у г
о
С
К
И
Д
К
А
1 0 %
НА Г Е Л Е В О Е О ТБЕЛИ ВАНИ Е:
O P A L E S C E N C E F
D A Y W H I T E 2
N I T E W H I T E
•St-
•:
ш
X
c;
со ш ш
3
Z T
H
НИЦ. МДКЗ 8749/0208
предыдущая страница 132 ОМ 2000 11 читать онлайн следующая страница 134 ОМ 2000 11 читать онлайн Домой Выключить/включить текст