ОН - ОДИН ИЗ ЗВЕЗД СОВРЕМЕННОЙ ФОТОГРАФИИ. ИЗДАТЕЛЬ И ОСНОВАТЕЛЬ DAZED
& CONFUSED. РАНКИН НЕ ЗАНИМАЕТСЯ ФОТОГРАФИЕЙ. ОН ЗАНИМАЕТСЯ
ЭКСПРЕССИОНИЗМОМ. ОН НЕ СНИМАЕТ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ. ОН ДЕЛАЕТ ИЗ
ЗНАМЕНИТОСТЕЙ ИКОНЫ
С
ейчас все варят макароны, но для того чобы приготовить спагетти по-генуэзски, требуется, чтобы что-то было внутри. У фотографа Ранкина, ка-
жется, это есть.
Так сказал о Ранкине Оливер Тоскани (это тот, что эпатировал мир рекламой Benneton). У них есть что-то общее. Как и Тоскани, Ранкин снимал
рекламу молодежных марок - Diesel и Miss Sixty обращались к его услугам. Но долго Ранкина мир фэшн-фотографии терпеть не стал. Дело было
в том, что он снимал то слишком толстых моделей, то слишком старых, то слишком эпатажно и вообще как-то слишком. «Я снимал моду так. что
было понятно, что меня не интересует ни мода, ни те, кто ее делает. Я хотел запечатлеть секс и гламур, которые ее окружают».
Как сказал сам Ранкин, он - «конченный портретист». И, отказавшись от нескольких крупных рекламных проектов, он начал делать портреты. В результа-
те он сфотографировал всех знаменитостей первого рок- эшелона - от Дэвида Боуи и Тори Амос до Radiohead и Blur. Он снял всех красавиц подиумов 90-х:
Кейт Мосс, Хелена Кристенсен, Клаудиа Шиффер оказывались перед его объективом. Как призналась Кейт Мосс, которую Ранкин снял обнаженной, она
шла к нему на съемку, как на заклание. И не зря боялась. Ранкин как раз тот, из-за кого рушились карьеры начинающих моделей. Фэшн-индустрия не про-
щает бунтарей.
Обледенелые лица, лица, плавящиеся, как воск, девушки в огне, старухи и младенцы, живые манекены и мертвые тела - объект Ранкина-фотографа не че-
ловек, даже не человеческое тело. Ранкин говорит, что снимает идеи. Его объектив - самое субъективное и капризное существо на свете, он как будто жи-
вет сам по себе, даже не удосуживаясь бросить взгляд на то, как все это выглядит в действительности. В результате получаются фотографии, на которых ге-
рои съемок Ранкина с трудом узнают самих себя. «Никто не видит самого себя в зеркале, никто не способен на это, - объясняет фотограф. - Кризис само-
идентификации - так это, кажется, называется. Значимым образ становится только в нашей памяти, когда мы его вспоминаем. Поэтому все, что я делаю, -
это заставляю людей запоминать».
Ранкин никогда не делает автопортретов. Но, как герой фильма «Амели», по сто раз подряд фотографируется в аппаратах моментального фото. Хотя нет, Ран-
кин с трудом вспоминает, что в молодости два раза снимал сам себя. Один раз - еще работая санитаром в больнице - собственное голое отражение в зерка-
ле со всеми своими домочадцами на заднем плане. А другой портрет - черно-белый крупный план собственного лица в мази от прыщей. Этот кадр получил-
ся случайно: «Я просто проверял свет, но оставил фото просто потому, что оно было очень смешное».
Он не думает о том, понравится ли знаменитостям его интерпретация их лиц. Он с одержимостью наркомана щелкает затвором - Ранкин настоящий трудо-
голик и не отрицает этого. Он выпускает альбом за альбомом и говорит, что не хочет даже слышать о том, что думает кто-то о его работе, предпочитая об-
щаться исключительно с арт-директорами и пресс-атташе звезд. Он бескомпромиссен до фанатичности, он не верит в славу, не верит в репутацию, общест-
венное мнение и общественную мораль - он признается, что циничен до мозга костей. Наверное, так оно и есть. Ведь кто, кроме отпетого циника, способен
снять простреленное сердце, лицо, стянутое колючей проволокой, или горящую девушку .
.. Он верит только в собственные фотографии, в безудержное са-
мовыражение, экспрессию, в бурю и натиск.
N 59
II
ОМ // декабрь 2001
предыдущая страница 82 ОМ 2001 12 читать онлайн следующая страница 84 ОМ 2001 12 читать онлайн Домой Выключить/включить текст