если не быть, то хотя бы попытаться быть лучше или другой. Та Инна Шульженко, к кото-
рой вы по старой памяти обращаетесь, разонравилась мне очень давно, и ее я тоже оста-
вила в Москве в виде сплетен и сочинений устного творчества. Думаю, так говорили по-
тому, что у нас получалось легко и ненапряженно то, о чем многие могли только мечтать:
показы — где угодно, финансирование — не вопрос, само ощущение«можем все».
Правда, про Инну много всего в столице говорили: что, мол, такая-сякая она, крутая, стервозная.
Говорили не обязательно потому, что это правда, а потому, что про публичного человека
просто принято сочинять всякое. Новая Шульженко мало с кем хочет общаться, зато всех жале-
ет сильно и издалека. Живет Инна вместе с мамой и дочерью в столетнем деревянном доме, ко-
торый они чуть модернизировали, постаравшись сохранить все, что могли.
«Дом мы обожаем. Как и вековые яблони, скребущиеся ветками в окна. Это старый сад, за ним
— пространство, еще только ждущее перевоплощения из картофельного поля в сад. Это то,
что я называю своим «послушанием». Кажется, здесь веками останавливались на отдых ог-
ромные стаи перелетных птиц. Мечтаю о лошадях, о собственной конюшне».
В Москву Инна приезжает редко, только когда уже деваться некуда, и, как правило, по вопро-
сам быта, а не бытия: дела, финансы, здоровье кого-то из семьи, покупки чего-то для дома.
«Вот и сейчас то же самое, только озаренное глашиным видением Москвы. С ней я люблю го-
род больше. Она радуется всему, и меня заражает эта радость: кино, ролики, ресторанчики, ее
друзья, выставка, модный магазин, книжный».
Тут Аглая расправилась с десертом, наше время истекло, а вопросы остались.
Аня, вы присылайте мне e-mail с вопросами, я подробно отвечу. Еще звоните».
Так у вас и Интернет в деревне есть?
И телефон, и телевизор, и Интернет.
Современные отшельники, видимо, на то и современ-
ные, чтобы, покинув гущу событий, знать, что в ней
происходит. Отсылаю Инне вопросы и тут же получаю
исчерпывающие ответы - без знаков препинания, абза-
цев и заглавных букв: все как у правильных обитателей
Сети, «извините и пожалуйста расставьте знаки сами»,
— просит она. Расставляю знаки, и выясняется, что ле-
том Шульженко возделывает свой сад, а когда наступа-
ет зима, садится за стол и пишет. Отъезд из Москвы,
утверждает Инна, кажется странным только людям, ко-
торые знали ее не очень давно: изначально она человек
кабинетный, из всех искусств для нее важнейшим всегда была литература. Так что все вер-
нулось на круги своя. Ложится спать часа в 3, подъем в 10-11. У затворницы есть виртуаль-
ные друзья, с которыми она в чатах общается. «Это англоязычные люди из многих стран,
мы все давно знаем друг друга и собираемся поехать в Китай на поезде из Москвы. Я там
единственная русская, и это завораживает».
Дочь Аглая учится в местной школе, дополнительно занимается английским, играет в баскет-
бол, издает газету «Среда», заканчивает музыкальную школу, активно пользуется Интерне-
том. Общается с ровесниками и с людьми постарше. «Вообще, она общительная девочка: мно-
го путешествовала и тусовалась с мамиными друзьями, поэтому найти общий язык может
практически с любым челом, кроме явных (агрессивных) лохов, наверное,— пишет Инна. —
Думаю, единственное, чего сейчас ей остро не хватает, это рэп-концертов и всей этой субкуль-
туры.
.. Но и здесь, как она гордо мне сообщила, есть 11 рэпперов».
А не боитесь, что в деревне ваша дочь что-то упустит?
Москва — это такая вещь, которая всегда на месте, ее не потеряешь, как, например, неж-
ность. Сейчас Глаша приезжает в Москву на каникулы, и это похоже на то, как москвичи
приезжают, например, на море, а местные за лето раз-другой дойдут. Так что мимо Глани
в Москве из реально примечательных событий мало что проходит.
Она в город вернется?
Я думаю, когда подрастет, вернется в город, просто мы еще не знаем в какой: Москва, Лондон
или Париж. Надеюсь, что ее Ангел-хранитель направит ее туда, где ей реально нужно быть.
Электронная почта — великая, конечно, вещь, но ответы Инны рождают у меня новые вопро-
сы. Звоню. Шульженко рассказывает, что в Тарусе с местными жителями общается: с сосе-
дями, с мамами дочкиных одноклассниц. И что в деревне намного яснее, чем в Москве, вид-
но, что самый скромный или даже противный человек наделен каким-то уникальным
талантом: «У меня здесь на многое открылись глаза. Пока мы в Москве ходим друг друга убе-
ждать каждый вечер на все эти рауты, что мы — вот! вот!— зацените, какие мы сильно
лантливые. А тут идешь мимо палисадника, цветы, как в ботаническом саду: и выращены
посажены с большим вкусом, и сами поют ароматные оды своему безымянному цветовод
Покинув столицу, Шульженко за «культурной жизнью» еще как следит. Смотрит «Школу зг
словия». Разочарована.«Долго не могла въехать, что именно меня так уж напрягает, кро
сплошного киселя умиления в как бы закадровых комментариях ведущих. Потом поняла: /
дущие, мне во всяком случае, интереснее гостей. Я бы с удовольствием посмотрела «Шкот
с Дуней и Толстой, по отдельности приглашенными в качестве гостя. Обе эти дамы — м,
решки, и было бы замечательно, если при интересных вопросах эти матрешки были бы ра:
браньI одна задругой, от самой большой и явной до 333-й. Они талантливее результата д:
ного проекта.
.. Совершила подвиг: досмотрела до конца фильм Гордона. Прекрасные чув>
ва. о которых и с которыми снято это кино, разоблачили своего по имиджу сардоническс
создателя. Теперь я с еще большим удовольствием иной раз смотрю его ночные переда
Гордон— актер, роль умного собеседника удается ему хорошо, намного лучше, чем роль /
жиссера. Почему бы и мне не сыграть роль умного зрителя, тем более что эта передача— <
солютный интеллектуальный анклав в окружении воинственно бездарных и глупых сосед
Скоро на нашем телевидении можно будет запустить реалити-шоу— просто интеллигенп
го человека с хорошим русским языком, грамотным, и показывать, чтобы глаз и ухо отды:
ли. Даже если это будет платное ш оу— заплатим».
Инна много читает - как обычные, так и электронные книги: от Донцовой до Феофа
Затворника. Жалуется, что не нашла в магазинах «Орфографию» Быкова. Признает
что любит Георгия Гачева: «Он — чудо. Его образ мысли и жизни мне очень близ
1
перечитываю его — много смеюсь. Мне радостно его читать. Есть книги, читая ко\
рые, я - как тот графоман у Зощенко, который «сочинил» «не жалею, не зову, не ш
чу», заплакал и сказал: «Опередили!» Таких книг немного, но они есть: как будто эь
писала. Во всяком случае, могла бы написать про то же. Может быть, не так блес
ще, по-другому».
А вы не думаете о том, что когда-нибудь в Москву вернетесь?
Граф Толстой в дневниках писал «ЕБЖ», когда что-то планировал: «Если Буду Жив». У л
ня тоже есть похожая аббревиатура. Посмотрим. Я не планировала уезжать в Тарусу
можно сказать, я обнаружила себя уже здесь. Так что и насчет Москвы зарекаться не бу,
Что может заставить вас вернуться?
Не дай Бог, что-нибудь серьезное со здоровьем кого-то из семьи. Ну и, может быть, б:
рикады какие-нибудь опять глупые, как в 91-м. Хорошая тогда у нас была компания: Но
Искренко, Юра Арабов, Игорь Иртеньев, Женя Бунимович — весь московский клуб ш
зии самым романтическим образом пришел защищать монстров. Ха-ха.
Без Москвы Шульженко не скучает. Почти ежедневно переписывается по электронной ш
те с любимым другом, с остальными тоже использует компьютерный эпистолярий. Лет
так как несколько знакомых ближайшего круга недавно купили дома в Тарусе в пределах I
ной улицы, так вообще спьяну можно обознаться: где ты, в Москве или в Тарусе? Инна ме
1
ше всего думала, что Таруса станет модной: «Нет, я ничего не имею против! Но я люблю I
скучиться по друзьям, тогда встреча имеет смысл».
Сейчас пост. Вы его соблюдаете?
Пытаюсь. Не могу бросить курить, может быть, попробовать молитву?
А отшельницей себя считаете?
Я-то считаю, окружающие вот не считают.
Я
НИКОГДА
НЕ
ХОТЕЛА
ОДЕВАТЬ
ЗВЕЗД В КАРМАННОМ ДОМЕ МОДЫ.
ЭТО, КАК НИ КРУТИ, ОБСЛУГА
0 5 0 -я
СТРАНИЦА
Ж УРН АЛА ОМ
предыдущая страница 36 ОМ 2004 03 читать онлайн следующая страница 38 ОМ 2004 03 читать онлайн Домой Выключить/включить текст